В 1990-х годах мои рисунки публиковались в газете Сегодня. У меня сохранилось несколько номеров газеты 1994-1996 г. В те годы редактором в разделе Искусство был Борис Кузьминский (литературный критик, переводчик, обозреватель). Он предложил мне и еще двум моим товарищам художникам: Армену Шаумян и Руслану Негуч, показать ему наши графические работы, рисунки, наброски, эскизы. Из них он отобрал для газеты достаточно много рисунков, отсканировал их и и положил себе в компьютерную базу данных. С нашего разрешения, он использовал их в качестве иллюстраций у себя в газете, в разделе Искусство. Из этой виртуальной коллекции Борис подбирал рисунки к различным текстам и статьям. Все рисунки были не заказными, не конкретными иллюстрациями. Они носили отвлеченный, творческий характер: визуальные размышления художника на тему. И в этом Борис почувствовал жизнь. Газета становилась не засушенной, она приобретала свой стиль и неформальное восприятие.
Однажды, весной 1995 года Борис Кузминский был у меня в мастерской в Братеево. Это окраина Москвы - дальний, спальный район, новостройка в то время. После посещения моей мастерской Борис написал свое впечатление, небольшое эссе и опубликовал его в газете "Сегодня" 4 апреля 1995 года. (страница 15, рубрика "Лаки Страйк").
"Томное, сонное, мутно-зеленое посещение мастерской художника Александра Дедушева (который часто рисует для нашей страницы отвлеченную графику) в музыкальной школе района Бутово (Братеево) - по-за Коломенским, почти вне Москвы.
Его живопись - абсолютно человечные, ни одной московской галерее (в том числе и «Айдан», увы) не пригодные сюжеты: отдельно стоящие, высосанные из полумечты дома с прлоупотухшими окнами на цветоопасных пустошах; города, замыкающиеся для постороннего вечерней россыпью уютных, забранных непроходимыми стенами окон; людские фигуры на весеннем пустыре, недостижимые, не постигаемые. Старший на фиолетно-салатном фоне смеркающейся поляны обнимает младшего; не приходи в отчаяние; будет буря, мы поспорим … но и на физиономии старшего написано, нам каюк, каюк; сиреневый бутылочный ветер пустошей, холод не в срок подоспевшей весны.
Никак не левый МОСХ, пользующийся мнимомногоопытной поддержкой Минкульта РФ; не вторичный концептуализм, увенчанный интуитивным «Давай!» Нынешней арт-тусовки; ничто и нечто, возрождающееся заново; после цензурных жернов, истеблишмента а-ля Булатов-Кабаков; однако помимо добродушных, не стяжательских в 90-е соц-арт-реди-мейдов Кабакова-Булатова; однако после вселенской пятнадцатисортной концептуалистской смазки; искусство человекоподобное, растущее на показном некрофильстве Малой Грузинской и на бессознательном антропоцентризме европейских маргиналов середины века, ни с чем себя не сравнивающее, воистину гордое, в ближайшее шестилетие обреченное на лишения и непонимание, - живопись новой России, рожденная погибнуть и вернуться лет через 20, словно эталон, канон, чертеж грядущего; не попоставляйте себя с модой, Александр, не сличайте себя с тусовкой; или сгинем, или вырвемся, накроем собой мастеровитых, умелых, обученных незамысловатому мастерству. Не сравнивайте. Иначе погибнем. Иначе - не проклюнемся. Не выдержим нервами, кровью, кожей."
Борис Кузьминский -
редактор раздела "Искусство" в газете "Сегодня".